ТРАНСГИМАЛАЙСКАЯ  ЭКСПЕДИЦИЯ

ЧЕРЕЗ  ЦАЙДАМ

 19 августа 1927. Этим утром я поднялся задолго до рассвета. Лагерь быстро пробуждался к жизни, и повсюду замелькали люди, занятые складыванием палаток и груза. Рассвет осветил горизонт, и длинная вереница верблюдов начала движение к горам на юге долины. Мы вошли в песчаное ущелье, ведущее к перевалу Улан-дабан, и разбили лагерь на площадке, покрытой зеленой травой.

23 августа мы переправились через реку и прошли через ряд песчаных холмов, покрытых скудным кустарником.

30 августа мы покинули Ичи. Переправившись через реку, мы пошли по обширной каменистой равнине, спускающейся к озеру Икхе-Цайдам, которое виднелось вдалеке.

4 сентября мы вошли в соляную пустыню Цайдам.

Узкая тропа петляла по огромным скоплениям соляных отложений с бездонными колодцами между ними. Один неосторожный шаг лошади – и седок будет сброшен в одну из этих многочисленных ям вдоль тропы.

7 сентября. Мы сняли лагерь и продолжали путь по покрытым травой солончакам. Переправились через Буре-йин-гол, приток Нейджи-гола, и пошли левым берегом реки. Террасы Буре-йин–гола поднимались на высоту 60 футов. Хорошие пастбища и густые заросли камыша и можжевельника покрывали берега реки. Река была мелкой и не более 5 – 6 метров шириной.

Монгольских стойбищ было много, но мы заметили, что некоторые семьи жили в обычных май-ханах, или палатках. Мы слышали несколько версий о нападении голоков на теиджинерских монголов.

13 сентября произошло ожидаемое столкновение. В этот день экспедиция двигалась в обычном режиме. Но как только мы достигли северного склона перевала Элису-дабан, места, о котором нам говорил таинственный лама в Шараголджи, мы внезапно заметили отряд всадников, скачущих наперерез нам через плато слева от нашего пути. Наш монгольский проводник, бледный, широко размахивая руками, бросился к реке. Его последние слова были: «Аранган, аранган!» - «Грабители!» Он был единственным, кто струсил и покинул свой пост; остальные мужчины проявили необычайную выдержку. Слышалось щелканье затворов винтовок. Но вражеские всадники заметили это и дрогнули. Несколько из них спешились и стали совещаться. Они остановились и послали людей на переговоры. Никогда прежде мы не видели такие жестокие и зверские лица. Большинство бандитов были молодыми людьми, вооруженными саблями и современными винтовками. Старый человек с седой бородой был главарем банды. Они признали свои намерения. Превосходство нашего огнестрельного оружия заставило их изменить свое решение.

После коротких переговоров мы продолжили путь.

Была моя очередь охранять лагерь ночью и подавать сигнал тревоги в случае опасности. В десятом часу вечера один из хоршинских лам пригласил меня в свою палатку посмотреть на его товарища, который как-то странно спал, согнувшись, и не отвечал на оклики. Врач, которого мы позвали, констатировал смерть. Лама умер от сердечной недостаточности.

Примерно в два часа мы покинули печальный лагерь и пошли по широкой каменистой равнине, отделяющей нас от хребта Ангар Дакчин. Горный перевал Ангар Дакчин (15300 футов) преодолели без затруднений. Мы стали лагерем на ночь у подножия невысокого хребта. Место это известно под названием Мугчи.

 Н. К. Рерих  Монголия

Фото 1.У подножия перевала Улан-дабан

Фото 2. Перевал Улан-дабан